Изменения происходят при столкновении с новым опытом, которой возможен при контакте с внешней средой. Т.е. мы каким-то образом по-новому можем обойтись с тем, что берем/не берем из внешней среды и с тем, что мы отдаем/удерживаем.

Важно сказать про такие вещи как любовь к себе и принятие: изначально это можно взять только из внешней среды, только от других (при нелюбви к себе заметить другое отношение людей к своим недостаткам) и потом маленькими шажками встроить в себя, меняя отношение к себе. Как говорит моя коллега Лариса Румянцева: "ребенок сам себя обнимать не может" (другими словами, важным, но не единственным условием для принятия себя является создание любящего и принимающего окружения). И сложность здесь как раз взять и присвоить, т.к. работает много различных защитных механизмов, которые изначально помогали выжить в неблагоприятных условиях, например в ситуации хаоса и нелюбви, чаще всего в родительской семье. Защиты работают автоматически, поэтому работа предполагает максимальное замедление и рассматривание этих механизмов (у Полины Гавердовской была про это хорошая статья). Очень медленное движение - это основной способ работы с автоматизмами.

В терапии часто сначала приходиться работать над возможностью взять и как-то усвоить, ассимилировать новый опыт. Т.е. метафорически выстроить место, куда это принятие можно сложить. Потом приходится работать на регуляцию - ведь много любви и принятия тоже невозможно сразу взять и усвоить. Любви тоже бывает слишком много, и важно уметь это регулировать, не объедаться, с одной стороны, и увеличивать пространство для усвоения, с другой. Объедание в этом месте часто может говорить о страхе, что больше любви не будет, что это в последний раз (если человек не любит себя, он не верит, что другие могут его любить, ибо не за что; и любое проявление любви - это чудо, которое скоро закончится).

Здесь, я думаю, что есть еще разные картинки мира: можно видеть мир дефицитарным - что ресурсов мало, что есть только бартерные отношения, потому что, если другой что-то дает, то он отрывает от себя что-то ценное, что за то, что получил от другого, придется платить, что это автоматически вводит в долговые отношения. Можно видеть, что мы живем в мире изобилия, что другой мне что-то дает от избытка: избытка чувств, любви, нежности и т.д. И тогда я в некотором смысле помогаю ему тоже - помогаю избавиться от избытка. Или, по крайней мере, благодарность и признательность являются вполне хорошей платой. В любом случае любые отношения - это отношения обмена, мы что-то берем и что-то отдаем, поэтому иногда важно соотноситься, синхронизировать ожидания: если этого не делать, то можно давай другому то, что ему не очень-то и нужно (и не чувствовать ценность, благодарность и т.д., типа "я так стараюсь, а он не ценит") и не получать то, что нужно.

Бывает и другой вариант, когда путают потребность в выделении и в поглощении. Подходит какое-то чувство, но вместо того, чтобы его выделить, можно его.. дальше куча вариантов: заесть, закурить, запить... т.е. контейнер уже полон, нужно выделить, но т.к. переживания там не очень приятные, то, чтобы их не чувствовать, можно ещё что-нибудь запихнуть сверху. Поэтому, если вам кажется, что вы хотите что-то сильно поглотить, заполнить пустоту внутри, посмотрите, а не переполнены ли вы какими-то переживаниями.

Еще чтобы просто любить другого нужен некоторый избыток любви внутри (любовь - это возможность что-то отдать, но отдать потому что есть то, что можно отдать), любить из дефицита невозможно: в этом месте скорее работает механизм профлексии - т.е. я делаю другому то, что хотел бы, на самом деле, от него получить. Так бывает, например, с гиперопекой. Здесь важно скорее признать нуждаемость - нуждаемость в другом, желание получить любовь не является чем-то плохим. Все мы нуждаемся друг в друге, но признать это бывает довольно сложно. У теплокровных есть такой даже инстинкт - мотив аффиляции.

Для меня тут встаёт еще один вопрос, про который я думаю в последнее время: могут ли два раненых человека друг другу помочь?

Про терапию здесь понятно, можно на эту тему посмотреть лекцию Саши Моховикова о том, что терапевт - это человек со шрамами, а клиент человек с ранами, и терапевт демонстрирует свои шрамы клиенту, мол "смотри, у меня зажило, и у тебя заживет" ("здоровых" терапевтов нет, "здоровый" не пойдет в терапию, т.к. ему будет трудно понять боль другого) А вот могут раненые друг друга подлечивать?

Пока для меня здесь нет однозначного ответа. Точно могу только сказать, что один точно не может быть терапевтом для другого в отношениях. А вот про подлечивание друг друга - полагаю, что это может быть возможным, если травмы не комплементарны и не конкордантны. Т.е. там где у одного в каком-то месте болячка, а у другого в этом месте есть ресурс, то в такой конструкции подлечивание друг друга, мне кажется, вполне возможно, хотя, конечно, в подобных отношениях будут элементы созависимости, но где их нет? Тут скорее будет другой вопрос - будут ли такие люди друг другу интересны? Все же, мне кажется, что часто мы выбираем тех, у кого болячки как-то соотносятся с нашими. Но, вполне возможно, что и в таком варианте может быть вполне хороший исход.

Точно, где такое подлечивание возможно - это группы и сообщества, т.к. там ресурсов поболее, чем у одного отдельно взятого человека, что, конечно, никак не отменяет ценности индивидуальных отношений.